«Нет! Ты мой голос слышишь?
Пожалуйста, не уходи.
Обещал быть рядом, слышишь!»
Но в ответ слышу: «Прости,
Я клялся любить тебя вечно.
До тех пор, пока не умру
Жизнь не длится бесконечно,
Но с собой я тебя не зову.
Лучше живи и помни
О нашей с тобою любви,
О всем, что было помни
И сем о нас расскажи».
«Ты говорил, что ничто на свете
Не сможет нас с тобою разлучить!
Ты за свои слова в ответе
Неужели так легко смог их забыть?!»
И снова тихое: «Прости, -
Мой слух поколебало, -
Себя ты в этом не вини
Мы были вместе, хоть и мало».
И тут я срываюсь просто на крик:
«Не смей умирать! Ты меня слышишь?!»
Глаза распахнулись в тот же миг
«Ты должен жить! Ты дышишь, дышишь!»
Но нет. Сердце уже не бьется,
Я осталась совсем одна.
Видно мне все же придется
Положить венок у его креста.
В его глазах застыл укор,
И сразу вспоминаю я
Тот наш давнишний разговор
О смысле жизни, бытия:
Души бессмертны, мы говорили
И поклялись друг другу в том,
Что, так как действительно любили,
Встретимся в мире ином.
«А что, если конец приблизить? -
Мелькнула мысль у меня, -
И тем память о нем унизить,
Ведь он хотел, чтоб я жила».
В страхе перед дальнейшем
Я к Богу обратилась:
«Помоги мне, Всевышний,
Хоть раньше и не молилась,
Но зато сейчас умоляю
И о смерти прошу.
Жизнь без него не представляю.
Дай нам встретиться в раю.
Если в аду мы окажемся оба,
Я и за это тебе спасибо скажу.
Ведь у нас двоих одна дорога.
Пойми это. Только об этом молю!»
Ответом мне было молчание
И вдруг раздалось в тиши:
«Милая моя, до свидания,
Ты живи, только живи!
Я всегда буду рядом с тобою,
Каждую ночь стану сниться тебе.
Ты предназначена мне судьбою,
Поэтому не торопись ко мне».
Я едва перевела дыхание
После этих услышанных слов.
У меня было одно желание:
Заснуть и видеть много снов.
Я исполню твою просьбу или желание.
Это неважно. Главное - я буду жить
В моей жизни будет радость и страдание.
Я все буду помнить и вечно любить!
вторник, 22 сентября 2009 г.
Если будет вдруг трудно и слезы польются…
Случайно почувствовала тот момент, когда узнаешь, что любимый изменил тебе. Вылилось данное чувство в стихотворение.
***
Если будет вдруг трудно и слезы польются,
Не вини тот прощальный и тихий рассвет!
Знаешь, прошлое вновь никогда не вернется,
Не простит, не уснет на усталом плече!..
Время лечит царапины, тяжкие раны,
Только ты не поймешь, не узнаешь о том
Я одна, забывая печальные драмы,
Излечила порез от накола стеклом.
Как же мне повезло! - говорили подруги,
Когда ты перед ними читал наизусть
Стих Есенина, Блока, Фета.и много
Много раз я прощала тебя и подруг.
Сколько женщин кормил ты любовью своею!
Сколько ласки дарил каждой ночью ты им!
Но я стала! Я стала невестой твоею!
Я закрыла глаза, всё когда-то простив.
Иногда сны о прошлом мне память сжигают
И пылает огнем моя белая грудь.
Знаешь, нет, не тебя я тогда вспоминаю,
Просто холод по сердцу приносит мне грусть.
(29.07.2007)
Глава 12. Мания двуличия ("Между двух стульев", Е.В. Клюев)
Глава 12. Мания двуличия
Паросенок развил немыслимую скорость: Петропавел даже удивился, когда увидел, что -- взмыленный и задыхающийся -- их все-таки догнал Гном Небесный: он молча сунул ему в руку какую-то бумажку и сразу же безнадежно отстал. "Следить за тобой прекращаю,-- было написано там,-- невозможно угнаться. Гном..."
Паросенок доставил Петропавла на площадь какого-то города, в котором, казалось, никто не жил. Петропавел огляделся и наугад отправился по одной из улиц. Чем дальше он шел по этой улице, тем отчетливее слышал гул, по-видимому, толпы. Неожиданно улица сделала поворот -- и Петропавел увидел еще одну, очень широкую, улицу: она была запружена людьми, которые никуда не двигались. Мало того, что они заполнили мостовую, они еще высовывались изо всех окон и свисали со всех балконов.
-- Что случилось? -- спросил Петропавел у кого попало, и этот кто попало возбужденно забормотал:
-- Дело в том, что кого-то водят по улицам: наверное, это напоказ, что в нашем НАСЕЛЕННОМ ПУНКТИКЕ -- редкость.
-- Слона! -- подсказал Петропавел.-- По улицам слона водили...
-- Если бы слона! -- не дослушал кто попало. -- Вы только посмотрите на него, попробуйте протолкнуться!
Петропавел попробовал и протолкнулся,-- правда, не без труда. На маленьком Пятачке свободного пространства какие-то ребята действительно водили по кругу существо, производившее очень двойственное впечатление. В общем-то, на первый взгляд, просматривалось отдаленное сходство со слоном, но, присмотревшись, вы уже не увидели бы этого сходства и сказали бы, что существо, скорее, напоминает домашнее животное, из мелких. Оно не то было, не то не было покрыто шерстью, не то имело, не то не имело хобот и казалось не то агрессивным, не то совершенно миролюбивым. В сознании Петропавла мелькнула не вполне отчетливая ассоциация с Гуллипутом, но он не смог удержать ее и стал просто смотреть, как существо это маленькими кругами водили.
-- Чего это вы его тут водите? -- спросил Петропавел.
-- А они в диковинку у нас! -- раздался подготовленный ответ.
-- Кто?
-- Да вот такие, как этот.
Между тем водимое существо выглядело уже изрядно замученным. Петропавел изо всех сил сосредоточился на нем и внезапно вычислил:
-- Да это же Слономоська, путь к которому долог и труден!..
-- Ну, слава богу! -- ответило существо и, обратившись к толпе, заявило: -- Вот вам простой логический пример того, как некто, предварительно обдумав, кто такой Слономоська, искренне принимает меня за Слономоську, поскольку считает, что я Слономоська, каковым я de facto и являюсь в его глазах.
-- Оно разговаривает! -- раздались отовсюду крики ужаса -- и в панике люди бросились врассыпную: миг -- и улица опустела.
-- Вы по какому вопросу? -- сразу поинтересовался Слономоська.
-- Спящая Уродина,-- лаконично ответил Петропавел, понимая гнев Слономоськи по поводу глупости людей. Слономоська вздрогнул:
-- А что с ней?
-- Ничего-ничего, -- счел необходимым успокоить его Петропавел. -- Просто я хочу попросить Вас проводить меня к ней... или рассказать, как пройти. Я должен поцеловать ее.
-- Спящая Уродина -- моя невеста, -- неожиданно сообщил Слономоська. -- Я поставлю ее в известность об этом после сна.
-- Поздравляю Вас,-- пролепетал Петропавел, не веря своим ушам.-- Я видите ли, и не собирался на ней жениться: только поцеловать -- и все...
-- Целовать без намерения жениться -- свинство! -- гневно выкрикнул Слономоська.
-- Да просто так нужно, поймите! По преданию... -- оправдывался Петропавел.
-- В тексте предания упомянуто Ваше имя? -- осведомился Слономоська.
-- Еще не хватало! -- не сдержался Петропавел.-- Слава богу, нет!..
-- Ну, милый мой... Зачем же Вы берете на себя такие полномочия? Вы напоминаете мне человека, который, случайно завидев судно, готовое к спуску на воду, разбивает о его нос бутылку шампанского и провозглашает: "Нарекаю это судно "Королева Элизабет", после чего судно все равно остается безымянным, потому как дать ему имя может не кто угодно, а только тот, кому предоставлены соответствующие полномочия".
-- Но я не сам решил целовать Спящую Уродину! Так решил народ. Мне-то уже, во всяком случае, это удовольствия не доставит.
Слономоська заплакал и запричитал:
-- Это свинство с Вашей стороны -- так отзываться о ней! А целовать без удовольствия -- дважды свинство. Вы свинья, голубчик! Даже, две свиньи.
-- Прекратите истерику,-- сказал Петропавел. -- Спящая Уродина и не заметит, кто ее поцеловал. Она проснется после этого. А во время поцелуя она все еще будет спать как мертвая. И видеть сны.
-- Да она и не проснется от Вашего поцелуя,-- успокоился вдруг Слономоська. -- В предании говорится: "...и поцелует Спящую Уродину как свою возлюбленную". Вам так не поцеловать.
-- Так ее никому не поцеловать,-- обобщил Петропавел.-- Трудно предположить, что в нее кто-нибудь влюбится.
-- В Вас просто абсурдности маловато для такого предположения. -- После этого заявления Слономоська, кажется, почувствовал себя отчаянным парнем и бросил Петропавлу в лицо: -- Я влюблен в Спящую Уродину.
Петропавел смутился:
-- Прошу прощения... только я что-то не соображу, почему бы Вам самому не поцеловать ту, в которую Вы влюблены. Слономоська сразу весь сник:
-- Видите ли... я бы хотел, чтобы Вы меня правильно поняли... я не могу: это как-то уж слишком само собой разумеется. А все, что слишком само собой разумеется, идет вразрез с моей природой. Природа моя ужасно противоречива.
-- И -- что же? -- Петропавел ничего не понял.
-- Ну... и... Дело в том, что у меня тяжелое наследственное заболевание -- мания двуличия. Все, что не содержит в себе противоречия, исключено для меня. Я влюблен в Спящую Уродину и хочу жениться на ней, но, поскольку именно такое положение дел не противоречит поцелую, как раз он-то для меня и невозможен.
-- Это настолько серьезно? -- спросил Петропавел.
-- Очень, -- заплакал Слономоська. -- Когда я понял, что могу сделать Спящую Уродину несчастной, если предложу ей жизнь без поцелуев, я решил покончить с собой. Но и это оказалось невозможным. Я так и не сумел решить, кого убить в себе -- Слона или Моську: ведь в соответствии с моей противоречивой природой, убив одного, я должен был сохранить жизнь другому. И я понял тогда, что весь я не умру.
-- М-да, -- сказал Петропавел. -- Печальная история. А чего Вы на меня-то взъелись, если сами не собираетесь целовать Спящую Уродину?
-- Но ведь Ваша природа не столь противоречива! Для Вас ненормально целовать не по любви? Поэтому, прежде чем целовать Спящую Уродину, Вы, как нормальный человек -- а я надеюсь, что передо мною нормальный человек! -- обязаны влюбиться в нее. В противном случае я растопчу Вас. -- Петропавел посмотрел на страшного Слономоську и понял, что тот растопчет. -- Однако влюбиться в нее Вы, конечно, не сможете. Она страшна, как смерть.
-- Не скажите, -- задумчиво возразил Петропавел. -- Смерть страшнее. -- Слономоська улыбнулся, восприняв это заявление как комплимент Спящей Уродине, а Петропавел с грустью продолжал: -- Но скорее уж Вы уговорите меня жениться на ней -- это все-таки во многом внешняя сторона дела, -- чем влюбиться в нее: тут уж сердцу не прикажешь!
Они помолчали. Ситуация казалась безвыходной.
-- Я думаю, -- очнулся вдруг Слономоська, -- что при решении вопроса нам нужно исходить из интересов Спящей Уродины. Она все-таки женщина. Кого из нас она предпочтет?
-- Конечно, Вас! -- уверенно ответил Петропавел. -- Страшных всегда к страшным тянет.
-- Правда? -- обрадовался Слономоська и рассмеялся.
Петропавел хотел было ответить, что, дескать, правда, но он не был так уж уверен в истинности последнего суждения и смолчал, а сказал следующее:
-- Это можно узнать только от нее самой. Однако она спит, и черт ее разбудит!
-- Не черт, а кто-то из нас, -- уточнил Слономоська. -- Если Вы, то я Вас растопчу.
-- Я помню, -- нарочито небрежно заметил Петропавел.
-- Итак, что же мы имеем? -- начал рассуждать Слономоська. -- Во-первых, мы имеем меня, который любит и хочет жениться, но не может поцеловать. Во-вторых, мы имеем Вас, который хочет поцеловать и в крайнем случае, если я правильно понял Ваше заявление, жениться, но не может полюбить. Состав явно неполон. Нам необходим третий, который любит и хочет поцеловать, но не может жениться.
-- А на кой он нам? -- опять не понял Петропавел.
-- Если предлагать Спящей Уродине выбор, то нехорошо предоставлять в ее распоряжение часть вместо целого. Так, если Вы угощаете меня яблоком, то в высшей степени невежливо предлагать мне уже надкушенный плод. Итак, есть ли у нас кандидатура? -- Слономоська задумался и приблизительно через 12 часов воскликнул: -- Она у нас есть! Это Бон Жуан.
Самое страшное для него -- жениться, а любить и целовать он в крайнем случае согласиться может!
-- Но она же спит!-- иерихонской трубой возопил Петропавел. -- Как же можно предлагать ей какой-то выбор -- сонной?
-- Спит, спит!.. -- проворчал Слономоська. -- Подумаешь, спит! Каждый спит! Проснется -- опять уснет, ничего с ней не сделается. Вопрос, между прочим, для нее важен -- не для нас! А не захочет проснуться -- пусть так и спит, пока не подохнет во сне!
Петропавла, конечно, удивил такой тон в адрес невесты, но он сделал вид, что все в порядке.
-- Есть более серьезная проблема, чем ее сон, -- озабоченно продолжал Слономоська. -- Положим, будить ее будет Бон Жуан: мы ведь не знаем ее -- вдруг она злая, как собака? -- а он умеет разговаривать с любыми женщинами. Но вот в чем дело: как объяснить все это Бон Жуану, если он вообще не вступает в беседы с лицами мужского пола? Может быть, нам переодеться?
-- Я переодеваться не буду! -- немедленно заявил Петропавел: ситуация и так показалась ему достаточно идиотской -- не хватало еще сложностей с полом!
-- Ну, а мне просто ни к чему, -- самокритично сказал Слономоська. -- Меня в любой одежде узнают.
Петропавел не понял, зачем тогда надо было это предлагать -- тем более во множественном числе, но не проронил ни звука.
-- Стало быть, для разговора с Бон Жуаном потребуется посредник. Им должна быть женщина.
-- Шармен! -- ехидно встрял Петропавел.
Слономоська поморщился, не услышав иронии:
-- Для Шармен нужно создавать специальные условия, -- например, посадить ее под стеклянный колпак, чтобы она не могла оттуда обнимать и целовать Бон Жуана, когда будет с ним говорить. А потом я и сам не хотел бы подвергать себя опасности, пока объясняю ей ее задачу. Так что Шармен отпадает.
-- Белое Безмозглое! -- продолжал издеваться Петропавел.
-- Ни в коем случае! -- простодушно воскликнул Слономоська. -- Во-первых, она проспит все объяснения и заснет на собственных, а во-вторых, ни у кого нет никакой уверенности в том, что оно действительно женщина! Не думаю, чтобы Бон Жуан закрыл на это глаза. Тут Слономоська принялся метаться по площади, пока наконец не вскрикнул: -- Вот она! Нашел!.. С Бон Жуаном будет говорить Тридевятая Цаца. Тем более что Тридевятая Цаца -- моя невеста.
-- Вторая? -- поразился Петропавел.
-- То есть как -- вторая? -- тоже поразился Слономоська.
-- Погодите, погодите... -- Петропавел очень заинтересовался. -- Вы же сказали, что Спящая Уродина -- Ваша невеста!
Слономоська задумался:
-- Какой Вы, право!.. Прямо как на суде! На страшном суде!.. Но действительно, нечто в этом роде я говорил. Не знаю, как такое случилось... Видите ли, я не употребляю слов в жестких значениях: во-первых, они сами не очень любят жесткие значения, а во-вторых, это слишком обязывает. И трудно потом выкручиваться. А я имею обыкновение заботиться о своих тылах: я ведь чертовски противоречив и потому всегда должен иметь возможность отступить в надежное укрытие. Хм... Спящая Уродина -- моя невеста. Тридевятая Цаца -- моя невеста. Знаете, я не думал над данным противоречием. Будем считать его несущественным.
Петропавел даже крякнул от изумления.
-- Почему Вы крякаете? -- поинтересовался Слономоська.
-- Да потому что это противоречие не может быть несущественным! Ради чего же тогда огород городить и добиваться от Спящей Уродины признаний с помощью Тридевятой Цацы, если сама Тридевятая Цаца -- Ваша невеста? Тут все непонятно!
Слономоська молчал и думал.
-- Никак не возьму в толк, о чем Вы, -- признался он наконец. -- Ясно ведь, что мои высказывания о невесте на данный момент представляют собой суждения философские, а не эмпирические... Но даже если бы это были эмпирические суждения. Вам-то какая разница?
-- Ну, я исхожу из того... -- Петропавел задумался, из чего он исходит: обозначить это оказалось трудно, и он обозначил общо: -- Я исхожу из того, что называют порядком вещей. Есть порядок вещей! -- воодушевился он. -- В соответствии с ним, даже если у человека, это бывает на Востоке, несколько жен, то невест -- одновременно! -- не может быть несколько.
-- А с чего Вы взяли, что у меня их несколько?
-- По крайней мере, две!
-- Откуда же две? -- заторговался Слономоська. -- Одна у меня невеста, только по-разному называется: Спящая Уродина и Тридевятая Цаца... Поясню это на примере.-- Слономоська неизвестно откуда взял мел и вычертил на асфальте схему, которая, как выяснилось впоследствии, не имела отношения к его дальнейшим рассуждениям. -- Вообразите, что на пальце у меня украшение.
-- Не могу, -- честно сказал Петропавел: у Слономоськи не было пальцев.
-- Неважно, -- поспешил заметить Слономоська. -- Так вот, на пальце у меня украшение с большим камнем. Вы подходите ко мне и спрашиваете: "Что это у Вас -- кольцо или перстень?" -- "Не знаю точно", -- отвечаю я. Теперь скажите, сколько, по-Вашему, украшений на моем пальце?
-- Одно, -- ответил Петропавел нехотя.
-- Действительно, одно, -- подтвердил Слономоська. -- Только оно может называться и так, и эдак. Стало быть, и невеста у меня одна.
-- Извините! -- не хотел сдаваться Петропавел. -- Кольцо и перстень -- это обозначения для одного и того же предмета, это синонимы, а Спящая Уродина и Тридевятая Цаца -- не синонимы: они относятся к разным лицам!
-- По-моему, Вы следите только за поверхностным уровнем моих высказываний, а надо ведь считаться не только с тем, что выражает слово своей оболочкой, но и с тем, что оно в принципе может выражать! Пусть упомянутые имена относятся к разным лицам, зато к одному понятию -- невеста, -- резюмировал Слономоська. Однако, по мнению Петропавла, резюмировать было еще рано:
-- Вы же не с понятием дело иметь будете, а с живыми существами!
-- Именно с понятием -- при чем тут живые существа? Хороши живые существа -- одна вообще не дана в чувственном опыте и находится за тридевять земель, а другая на сегодняшний день спит как мертвая, то есть все равно, что отсутствует в мире! -- Слономоська сокрушенно вздохнул и вычертил еще одну бесполезную схему. -- Ладно. Приведу другой пример. Предположим, я говорю, что дарю Вам на Ваш день рождения гусыню. Но я только произношу эти слова, а гусыни не даю. Сделал я Вам в таком случае подарок или нет?
-- Конечно, нет! -- воскликнул Петропавел.
-- А по-моему, сделал! -- обиделся Слономоська. -- Пусть я не подарил Вам гусыни, но что-то все-таки подарил -- понятие подарил, фиктивную философскую сущность подарил... Тоже немало! -- Он сделал паузу и гневно добавил: -- Человек Вы расчетливый и меркантильный!
Пропустив этот вывод мимо ушей, Петропавел сосредоточился на заинтересовавшей его подробности -- и тут его осенило:
-- Значит, речь идет о фиктивных философских сущностях! Но из этого следует, что у Вас вообще невесты как таковой нет.
-- Неплохо, -- поощрил Слономоська. -- Однако то, что у меня есть невеста, следует из более ранних моих высказываний. Их было два. Произнесу эти высказывания от третьего лица: Тридевятая Цаца -- невеста Слономоськи; Спящая Уродина -- невеста Слономоськи. Стало быть, в качестве предпосылки годится утверждение: у Слономоськи есть невеста.
-- Да пусть у Слономоськи будет хоть пять невест! -- вспылил Петропавел, которому все это уже надоело.
-- Пусть! -- покорно согласился собеседник. -- Нам с Вами дела нет до Слономоськи.
-- То есть как? -- оторопел Петропавел. -- До самого себя Вам, что ли, нет дела?
-- Почему до самого себя? Ведь это Вы квалифицировали меня как Слономоську! А я не Слономоська, точнее, Слономоська -- не я. Если бы я был Слономоськой, я не стал бы разговаривать с Вами после того, как убедился в том, что Вы -- свинья. Даже две свиньи.
-- Сами Вы две свиньи! -- дошел до ручки Петропавел.
-- Не надо быть таким обидчивым, -- вежливо сделал замечание Слономоська. -- Вам это не идет. Поговорим лучше о деле, которому мы служим... Через час сюда прибудет Паросенок -- мы сгоняем за Тридевятой Цацей -- хорошо бы ей быть где-нибудь поближе: вдали она уж очень велика! -- и Бон Жуаном, доставим их сюда, и я покажу путь к Спящей Уродине. Он долог и труден, а знаю его один я, но тайну эту унесу с собой в Вашу могилу.
Услышав про могилу, Петропавел только покачал головой.
Паросенок развил немыслимую скорость: Петропавел даже удивился, когда увидел, что -- взмыленный и задыхающийся -- их все-таки догнал Гном Небесный: он молча сунул ему в руку какую-то бумажку и сразу же безнадежно отстал. "Следить за тобой прекращаю,-- было написано там,-- невозможно угнаться. Гном..."
Паросенок доставил Петропавла на площадь какого-то города, в котором, казалось, никто не жил. Петропавел огляделся и наугад отправился по одной из улиц. Чем дальше он шел по этой улице, тем отчетливее слышал гул, по-видимому, толпы. Неожиданно улица сделала поворот -- и Петропавел увидел еще одну, очень широкую, улицу: она была запружена людьми, которые никуда не двигались. Мало того, что они заполнили мостовую, они еще высовывались изо всех окон и свисали со всех балконов.
-- Что случилось? -- спросил Петропавел у кого попало, и этот кто попало возбужденно забормотал:
-- Дело в том, что кого-то водят по улицам: наверное, это напоказ, что в нашем НАСЕЛЕННОМ ПУНКТИКЕ -- редкость.
-- Слона! -- подсказал Петропавел.-- По улицам слона водили...
-- Если бы слона! -- не дослушал кто попало. -- Вы только посмотрите на него, попробуйте протолкнуться!
Петропавел попробовал и протолкнулся,-- правда, не без труда. На маленьком Пятачке свободного пространства какие-то ребята действительно водили по кругу существо, производившее очень двойственное впечатление. В общем-то, на первый взгляд, просматривалось отдаленное сходство со слоном, но, присмотревшись, вы уже не увидели бы этого сходства и сказали бы, что существо, скорее, напоминает домашнее животное, из мелких. Оно не то было, не то не было покрыто шерстью, не то имело, не то не имело хобот и казалось не то агрессивным, не то совершенно миролюбивым. В сознании Петропавла мелькнула не вполне отчетливая ассоциация с Гуллипутом, но он не смог удержать ее и стал просто смотреть, как существо это маленькими кругами водили.
-- Чего это вы его тут водите? -- спросил Петропавел.
-- А они в диковинку у нас! -- раздался подготовленный ответ.
-- Кто?
-- Да вот такие, как этот.
Между тем водимое существо выглядело уже изрядно замученным. Петропавел изо всех сил сосредоточился на нем и внезапно вычислил:
-- Да это же Слономоська, путь к которому долог и труден!..
-- Ну, слава богу! -- ответило существо и, обратившись к толпе, заявило: -- Вот вам простой логический пример того, как некто, предварительно обдумав, кто такой Слономоська, искренне принимает меня за Слономоську, поскольку считает, что я Слономоська, каковым я de facto и являюсь в его глазах.
-- Оно разговаривает! -- раздались отовсюду крики ужаса -- и в панике люди бросились врассыпную: миг -- и улица опустела.
-- Вы по какому вопросу? -- сразу поинтересовался Слономоська.
-- Спящая Уродина,-- лаконично ответил Петропавел, понимая гнев Слономоськи по поводу глупости людей. Слономоська вздрогнул:
-- А что с ней?
-- Ничего-ничего, -- счел необходимым успокоить его Петропавел. -- Просто я хочу попросить Вас проводить меня к ней... или рассказать, как пройти. Я должен поцеловать ее.
-- Спящая Уродина -- моя невеста, -- неожиданно сообщил Слономоська. -- Я поставлю ее в известность об этом после сна.
-- Поздравляю Вас,-- пролепетал Петропавел, не веря своим ушам.-- Я видите ли, и не собирался на ней жениться: только поцеловать -- и все...
-- Целовать без намерения жениться -- свинство! -- гневно выкрикнул Слономоська.
-- Да просто так нужно, поймите! По преданию... -- оправдывался Петропавел.
-- В тексте предания упомянуто Ваше имя? -- осведомился Слономоська.
-- Еще не хватало! -- не сдержался Петропавел.-- Слава богу, нет!..
-- Ну, милый мой... Зачем же Вы берете на себя такие полномочия? Вы напоминаете мне человека, который, случайно завидев судно, готовое к спуску на воду, разбивает о его нос бутылку шампанского и провозглашает: "Нарекаю это судно "Королева Элизабет", после чего судно все равно остается безымянным, потому как дать ему имя может не кто угодно, а только тот, кому предоставлены соответствующие полномочия".
-- Но я не сам решил целовать Спящую Уродину! Так решил народ. Мне-то уже, во всяком случае, это удовольствия не доставит.
Слономоська заплакал и запричитал:
-- Это свинство с Вашей стороны -- так отзываться о ней! А целовать без удовольствия -- дважды свинство. Вы свинья, голубчик! Даже, две свиньи.
-- Прекратите истерику,-- сказал Петропавел. -- Спящая Уродина и не заметит, кто ее поцеловал. Она проснется после этого. А во время поцелуя она все еще будет спать как мертвая. И видеть сны.
-- Да она и не проснется от Вашего поцелуя,-- успокоился вдруг Слономоська. -- В предании говорится: "...и поцелует Спящую Уродину как свою возлюбленную". Вам так не поцеловать.
-- Так ее никому не поцеловать,-- обобщил Петропавел.-- Трудно предположить, что в нее кто-нибудь влюбится.
-- В Вас просто абсурдности маловато для такого предположения. -- После этого заявления Слономоська, кажется, почувствовал себя отчаянным парнем и бросил Петропавлу в лицо: -- Я влюблен в Спящую Уродину.
Петропавел смутился:
-- Прошу прощения... только я что-то не соображу, почему бы Вам самому не поцеловать ту, в которую Вы влюблены. Слономоська сразу весь сник:
-- Видите ли... я бы хотел, чтобы Вы меня правильно поняли... я не могу: это как-то уж слишком само собой разумеется. А все, что слишком само собой разумеется, идет вразрез с моей природой. Природа моя ужасно противоречива.
-- И -- что же? -- Петропавел ничего не понял.
-- Ну... и... Дело в том, что у меня тяжелое наследственное заболевание -- мания двуличия. Все, что не содержит в себе противоречия, исключено для меня. Я влюблен в Спящую Уродину и хочу жениться на ней, но, поскольку именно такое положение дел не противоречит поцелую, как раз он-то для меня и невозможен.
-- Это настолько серьезно? -- спросил Петропавел.
-- Очень, -- заплакал Слономоська. -- Когда я понял, что могу сделать Спящую Уродину несчастной, если предложу ей жизнь без поцелуев, я решил покончить с собой. Но и это оказалось невозможным. Я так и не сумел решить, кого убить в себе -- Слона или Моську: ведь в соответствии с моей противоречивой природой, убив одного, я должен был сохранить жизнь другому. И я понял тогда, что весь я не умру.
-- М-да, -- сказал Петропавел. -- Печальная история. А чего Вы на меня-то взъелись, если сами не собираетесь целовать Спящую Уродину?
-- Но ведь Ваша природа не столь противоречива! Для Вас ненормально целовать не по любви? Поэтому, прежде чем целовать Спящую Уродину, Вы, как нормальный человек -- а я надеюсь, что передо мною нормальный человек! -- обязаны влюбиться в нее. В противном случае я растопчу Вас. -- Петропавел посмотрел на страшного Слономоську и понял, что тот растопчет. -- Однако влюбиться в нее Вы, конечно, не сможете. Она страшна, как смерть.
-- Не скажите, -- задумчиво возразил Петропавел. -- Смерть страшнее. -- Слономоська улыбнулся, восприняв это заявление как комплимент Спящей Уродине, а Петропавел с грустью продолжал: -- Но скорее уж Вы уговорите меня жениться на ней -- это все-таки во многом внешняя сторона дела, -- чем влюбиться в нее: тут уж сердцу не прикажешь!
Они помолчали. Ситуация казалась безвыходной.
-- Я думаю, -- очнулся вдруг Слономоська, -- что при решении вопроса нам нужно исходить из интересов Спящей Уродины. Она все-таки женщина. Кого из нас она предпочтет?
-- Конечно, Вас! -- уверенно ответил Петропавел. -- Страшных всегда к страшным тянет.
-- Правда? -- обрадовался Слономоська и рассмеялся.
Петропавел хотел было ответить, что, дескать, правда, но он не был так уж уверен в истинности последнего суждения и смолчал, а сказал следующее:
-- Это можно узнать только от нее самой. Однако она спит, и черт ее разбудит!
-- Не черт, а кто-то из нас, -- уточнил Слономоська. -- Если Вы, то я Вас растопчу.
-- Я помню, -- нарочито небрежно заметил Петропавел.
-- Итак, что же мы имеем? -- начал рассуждать Слономоська. -- Во-первых, мы имеем меня, который любит и хочет жениться, но не может поцеловать. Во-вторых, мы имеем Вас, который хочет поцеловать и в крайнем случае, если я правильно понял Ваше заявление, жениться, но не может полюбить. Состав явно неполон. Нам необходим третий, который любит и хочет поцеловать, но не может жениться.
-- А на кой он нам? -- опять не понял Петропавел.
-- Если предлагать Спящей Уродине выбор, то нехорошо предоставлять в ее распоряжение часть вместо целого. Так, если Вы угощаете меня яблоком, то в высшей степени невежливо предлагать мне уже надкушенный плод. Итак, есть ли у нас кандидатура? -- Слономоська задумался и приблизительно через 12 часов воскликнул: -- Она у нас есть! Это Бон Жуан.
Самое страшное для него -- жениться, а любить и целовать он в крайнем случае согласиться может!
-- Но она же спит!-- иерихонской трубой возопил Петропавел. -- Как же можно предлагать ей какой-то выбор -- сонной?
-- Спит, спит!.. -- проворчал Слономоська. -- Подумаешь, спит! Каждый спит! Проснется -- опять уснет, ничего с ней не сделается. Вопрос, между прочим, для нее важен -- не для нас! А не захочет проснуться -- пусть так и спит, пока не подохнет во сне!
Петропавла, конечно, удивил такой тон в адрес невесты, но он сделал вид, что все в порядке.
-- Есть более серьезная проблема, чем ее сон, -- озабоченно продолжал Слономоська. -- Положим, будить ее будет Бон Жуан: мы ведь не знаем ее -- вдруг она злая, как собака? -- а он умеет разговаривать с любыми женщинами. Но вот в чем дело: как объяснить все это Бон Жуану, если он вообще не вступает в беседы с лицами мужского пола? Может быть, нам переодеться?
-- Я переодеваться не буду! -- немедленно заявил Петропавел: ситуация и так показалась ему достаточно идиотской -- не хватало еще сложностей с полом!
-- Ну, а мне просто ни к чему, -- самокритично сказал Слономоська. -- Меня в любой одежде узнают.
Петропавел не понял, зачем тогда надо было это предлагать -- тем более во множественном числе, но не проронил ни звука.
-- Стало быть, для разговора с Бон Жуаном потребуется посредник. Им должна быть женщина.
-- Шармен! -- ехидно встрял Петропавел.
Слономоська поморщился, не услышав иронии:
-- Для Шармен нужно создавать специальные условия, -- например, посадить ее под стеклянный колпак, чтобы она не могла оттуда обнимать и целовать Бон Жуана, когда будет с ним говорить. А потом я и сам не хотел бы подвергать себя опасности, пока объясняю ей ее задачу. Так что Шармен отпадает.
-- Белое Безмозглое! -- продолжал издеваться Петропавел.
-- Ни в коем случае! -- простодушно воскликнул Слономоська. -- Во-первых, она проспит все объяснения и заснет на собственных, а во-вторых, ни у кого нет никакой уверенности в том, что оно действительно женщина! Не думаю, чтобы Бон Жуан закрыл на это глаза. Тут Слономоська принялся метаться по площади, пока наконец не вскрикнул: -- Вот она! Нашел!.. С Бон Жуаном будет говорить Тридевятая Цаца. Тем более что Тридевятая Цаца -- моя невеста.
-- Вторая? -- поразился Петропавел.
-- То есть как -- вторая? -- тоже поразился Слономоська.
-- Погодите, погодите... -- Петропавел очень заинтересовался. -- Вы же сказали, что Спящая Уродина -- Ваша невеста!
Слономоська задумался:
-- Какой Вы, право!.. Прямо как на суде! На страшном суде!.. Но действительно, нечто в этом роде я говорил. Не знаю, как такое случилось... Видите ли, я не употребляю слов в жестких значениях: во-первых, они сами не очень любят жесткие значения, а во-вторых, это слишком обязывает. И трудно потом выкручиваться. А я имею обыкновение заботиться о своих тылах: я ведь чертовски противоречив и потому всегда должен иметь возможность отступить в надежное укрытие. Хм... Спящая Уродина -- моя невеста. Тридевятая Цаца -- моя невеста. Знаете, я не думал над данным противоречием. Будем считать его несущественным.
Петропавел даже крякнул от изумления.
-- Почему Вы крякаете? -- поинтересовался Слономоська.
-- Да потому что это противоречие не может быть несущественным! Ради чего же тогда огород городить и добиваться от Спящей Уродины признаний с помощью Тридевятой Цацы, если сама Тридевятая Цаца -- Ваша невеста? Тут все непонятно!
Слономоська молчал и думал.
-- Никак не возьму в толк, о чем Вы, -- признался он наконец. -- Ясно ведь, что мои высказывания о невесте на данный момент представляют собой суждения философские, а не эмпирические... Но даже если бы это были эмпирические суждения. Вам-то какая разница?
-- Ну, я исхожу из того... -- Петропавел задумался, из чего он исходит: обозначить это оказалось трудно, и он обозначил общо: -- Я исхожу из того, что называют порядком вещей. Есть порядок вещей! -- воодушевился он. -- В соответствии с ним, даже если у человека, это бывает на Востоке, несколько жен, то невест -- одновременно! -- не может быть несколько.
-- А с чего Вы взяли, что у меня их несколько?
-- По крайней мере, две!
-- Откуда же две? -- заторговался Слономоська. -- Одна у меня невеста, только по-разному называется: Спящая Уродина и Тридевятая Цаца... Поясню это на примере.-- Слономоська неизвестно откуда взял мел и вычертил на асфальте схему, которая, как выяснилось впоследствии, не имела отношения к его дальнейшим рассуждениям. -- Вообразите, что на пальце у меня украшение.
-- Не могу, -- честно сказал Петропавел: у Слономоськи не было пальцев.
-- Неважно, -- поспешил заметить Слономоська. -- Так вот, на пальце у меня украшение с большим камнем. Вы подходите ко мне и спрашиваете: "Что это у Вас -- кольцо или перстень?" -- "Не знаю точно", -- отвечаю я. Теперь скажите, сколько, по-Вашему, украшений на моем пальце?
-- Одно, -- ответил Петропавел нехотя.
-- Действительно, одно, -- подтвердил Слономоська. -- Только оно может называться и так, и эдак. Стало быть, и невеста у меня одна.
-- Извините! -- не хотел сдаваться Петропавел. -- Кольцо и перстень -- это обозначения для одного и того же предмета, это синонимы, а Спящая Уродина и Тридевятая Цаца -- не синонимы: они относятся к разным лицам!
-- По-моему, Вы следите только за поверхностным уровнем моих высказываний, а надо ведь считаться не только с тем, что выражает слово своей оболочкой, но и с тем, что оно в принципе может выражать! Пусть упомянутые имена относятся к разным лицам, зато к одному понятию -- невеста, -- резюмировал Слономоська. Однако, по мнению Петропавла, резюмировать было еще рано:
-- Вы же не с понятием дело иметь будете, а с живыми существами!
-- Именно с понятием -- при чем тут живые существа? Хороши живые существа -- одна вообще не дана в чувственном опыте и находится за тридевять земель, а другая на сегодняшний день спит как мертвая, то есть все равно, что отсутствует в мире! -- Слономоська сокрушенно вздохнул и вычертил еще одну бесполезную схему. -- Ладно. Приведу другой пример. Предположим, я говорю, что дарю Вам на Ваш день рождения гусыню. Но я только произношу эти слова, а гусыни не даю. Сделал я Вам в таком случае подарок или нет?
-- Конечно, нет! -- воскликнул Петропавел.
-- А по-моему, сделал! -- обиделся Слономоська. -- Пусть я не подарил Вам гусыни, но что-то все-таки подарил -- понятие подарил, фиктивную философскую сущность подарил... Тоже немало! -- Он сделал паузу и гневно добавил: -- Человек Вы расчетливый и меркантильный!
Пропустив этот вывод мимо ушей, Петропавел сосредоточился на заинтересовавшей его подробности -- и тут его осенило:
-- Значит, речь идет о фиктивных философских сущностях! Но из этого следует, что у Вас вообще невесты как таковой нет.
-- Неплохо, -- поощрил Слономоська. -- Однако то, что у меня есть невеста, следует из более ранних моих высказываний. Их было два. Произнесу эти высказывания от третьего лица: Тридевятая Цаца -- невеста Слономоськи; Спящая Уродина -- невеста Слономоськи. Стало быть, в качестве предпосылки годится утверждение: у Слономоськи есть невеста.
-- Да пусть у Слономоськи будет хоть пять невест! -- вспылил Петропавел, которому все это уже надоело.
-- Пусть! -- покорно согласился собеседник. -- Нам с Вами дела нет до Слономоськи.
-- То есть как? -- оторопел Петропавел. -- До самого себя Вам, что ли, нет дела?
-- Почему до самого себя? Ведь это Вы квалифицировали меня как Слономоську! А я не Слономоська, точнее, Слономоська -- не я. Если бы я был Слономоськой, я не стал бы разговаривать с Вами после того, как убедился в том, что Вы -- свинья. Даже две свиньи.
-- Сами Вы две свиньи! -- дошел до ручки Петропавел.
-- Не надо быть таким обидчивым, -- вежливо сделал замечание Слономоська. -- Вам это не идет. Поговорим лучше о деле, которому мы служим... Через час сюда прибудет Паросенок -- мы сгоняем за Тридевятой Цацей -- хорошо бы ей быть где-нибудь поближе: вдали она уж очень велика! -- и Бон Жуаном, доставим их сюда, и я покажу путь к Спящей Уродине. Он долог и труден, а знаю его один я, но тайну эту унесу с собой в Вашу могилу.
Услышав про могилу, Петропавел только покачал головой.
надо было меньше пить
я пока расскажу почему я больше не езжу на чегет в автобусе
это очень дешево и сердито - ездить на чегет в автобусе, нам одна знакомая, которая ежегодно такие туры организовывает, предложила поехать позапрошлой зимой.
в целях экономии мы согласились.
ну туда-то как-то мы доехали, потому что кушали мало, а санитарных остановок делали много.
а вот обратно было всё совсем наоборот. перед сном мы сделали остановку на обед-ужин (ну я как положено съела первое-второе-компот, потому что голодать предстояло до утра), потом санитарную остановку и потом всё. народ разложил спальники в проходах этого большого туристического автобуса и улегся ночевать. а мы были в самом конце этого автобуса.
и вот картина: ночь, темно, все спят, окромя водилы, который так же далеко от меня, как и машинист товарняка далек от последней цистерны своего поезда, и меня, а во мне гидробудильник того гляди разорвется. вобщем терпела я часа два, а ночь даже и наполовину не закончилась... слава богу у нас была какая-то пустая бутылочка... и я тогда думала, как мальчикам намного проще делать это наверное в автобусе...
это очень дешево и сердито - ездить на чегет в автобусе, нам одна знакомая, которая ежегодно такие туры организовывает, предложила поехать позапрошлой зимой.
в целях экономии мы согласились.
ну туда-то как-то мы доехали, потому что кушали мало, а санитарных остановок делали много.
а вот обратно было всё совсем наоборот. перед сном мы сделали остановку на обед-ужин (ну я как положено съела первое-второе-компот, потому что голодать предстояло до утра), потом санитарную остановку и потом всё. народ разложил спальники в проходах этого большого туристического автобуса и улегся ночевать. а мы были в самом конце этого автобуса.
и вот картина: ночь, темно, все спят, окромя водилы, который так же далеко от меня, как и машинист товарняка далек от последней цистерны своего поезда, и меня, а во мне гидробудильник того гляди разорвется. вобщем терпела я часа два, а ночь даже и наполовину не закончилась... слава богу у нас была какая-то пустая бутылочка... и я тогда думала, как мальчикам намного проще делать это наверное в автобусе...
понедельник, 21 сентября 2009 г.
Lost note [#018]
Сказать "Я тебя люблю" - все равно что сказать "Я хочу быть с тобой, а когда тебя рядом нет, мне плохо и мне тебя не хватает". Сказать "Я люблю тебя" - значит сказать "Когда я смотрю на тебя, что-то смягчается во мне и я хочу обнять тебя и прижать к себе". Это значит сказать вместе с индейцами яномами "Ya pihi irakema" - "Я заразился твоим существом". Это значит сказать: "Часть тебя вошла в меня и живет во мне. Потому что я вижу тебя во сне, потому что я ощущаю твое присутствие, даже когда тебя рядом нет. Потому что я больше не могу представить себе, как это - жить без тебя". Я люблю тебя...
почти...
Почти весна. Почти любовь.
Почти разгаданная тайна.
Почти свершенное "случайно".
Почти начавшееся "вновь".
Почти с тобой. Почти с начала.
Почти расплакавшийся дождь.
Почти рассказанная ложь.
Почти тепло под одеялом.
Почти смогли. Почти сумели,
Почти открыли двери в дом.
Почти забылись общим сном,
Почти наверх. Почти взлетели...
Обними меня...
Автор плэйкаста: Тайна
КТО или что?
Сказать:
Осталось: 160
Добавить новую запись « Предыдущие 25
21-09-2009 23:40 (cсылка)
ОХОТА
День яркий. Солнышко родное, трава камыши у пруда. небо голубое. голубое. Всё вокруг живое - суета ----- Вот в саду у цветущего куста . лежит тихо не дыша с ружьём у плеча « охотник ». прицелился. прищурился романтик ----- Утка плавает . ныряет, воду лапкой раздвигает. Красиво так ныряет. Своих деток обучает ----- Каждому дана свобода - жить, любить. родить, - та же утка хочет жить. Но идёт охота. Надобно её убить ----- Трах - бах, та - ра - рах!. Ах!. На костре зажарили. сожрали. запили, запели...А как же - лобедили, убили. ----- Вот так убивая, едим друг друга запивая, убить живое на охоте, - называется охота.
Написать комментарий Рейтинг0
21-09-2009 22:06 (cсылка)
ТЫ ЛУЧИК СОЛНЦА И ТЫ НУЖЕН МНЕ.
Ты - лучик солнца, и ты нужен мне!
Ты звёздным светом льёшься на ладони,
Когда в ночи я остаюсь одна,
Сиянием луны мой локон тронешь,
И снова ночь тобой одним полна.
Ты светом солнца падаешь на плечи,
Купаюсь в ласке солнечных лучей,
Лучом заката ты со мной под вечер,
И нет нежней, любимей, горячей.
Ты каждый миг со мною рядом снова,
Ты в воздухе, в дожде, в моей душе,
Касаешься дыханьем, вздохом, словом,
Не разлучить и не забыть уже.
Ты нужен мне, как ветер под крылами,
Тебя встречаю в каждом ярком сне,
Мелодией влюблённости меж нами.
Ты лучик Солнца и ты нужен мне!
Написать комментарий Рейтинг0
18-09-2009 20:27 (cсылка)
ДАЧАДАЧА - Алло, алло. Вы продаёте дачу, да а она у вас без передачи? - Вы. Что там на . том конце , не в себе - какая передача. А у вас. нигде не капает.----- С крышей то у Вас всё в порядке . а под крышей нет таракашек? Да не ту крышу имел ввиду. Так она у вас в порядке? ---- А у Вас нет затопления. У Вас сухо? Что? Не пойму, ты что дед глухой на ухо, в кочегарке сухо и ещё где внизу окно. ---- Ладно поехали дальше, хрен с котлом А что у вас за перекрытия - не волнуйся. Всё закрыто. Никого не пускаем. Двери закрываем. Собак выпускаем ---- Слушай. Дед. Ты что издеваешься. Не врубаешься. Пеньком прикидываешься Нет. Пеньки мы все вырубили, там теперь огурчики растут ---- Эй. Ты. Старый хрен,ты слышишь или ни хрена не слышишь? А хрен мы в этом году не сажали ---- Нет. Я скоро сдохну - на телефоне ты будешь меняться или продавать - нет,я перепродаю или меняю А сколько хочешь, - да мне бы не продешевить ---- Конечно. Дед бери зелёненькими, капустой - ты что там, ошалел - на хрена мне капуста, чтоб ей пусто. У меня и свежей и квашеной полно. ---- Тут покупатель так заругался, откуда взялись слова, что трубка покраснела от стыда, а сам чуть не сломался ---- Поругавшись, ему стало легче , на другом конце сопели - Ладно, вы меня уговорили, - меняем на капусту. Чтоб тебе и ей было пусто.
-----Поругавшись, покупатель смял и бросил объявление и уставший зашагал. Не хотел уже ни дачи, ни придачи.
Комментариев: 1 Написать комментарий Рейтинг0
18-09-2009 12:18 (cсылка)
СОГРЕЙ МНЕ ДУШУ.....
Согрей мне душу
Согрей мне душу тихим, тёплым «Да»,
Добавь чуть слышно: «Я люблю как прежде»! -
Чтоб сотни лет, прожитых без надежды,
Растаяли, как дымка, без следа.
Ладонь мою щекою обожги,
Прижав своими нежными руками
Её к лицу, и тёплыми губами
Мне страсть и ласку без остатка подари.
Отдай все силы, чтобы утолить
Печаль, мечту и жажду этой встречи,
Я крепко обниму тебя за плечи,
Чтобы тебя в себе до капли растворить.
Написать комментарий Рейтинг3
18-09-2009 00:23 (cсылка)
УХОДЯ, - НЕ УЙДИ..... ЛУЧИК СВЕТА ПОЮЩЕГО СЕРДЦА, ИСТОЧНИК ЖИЗНИ ЛЮБВИ И ТЕПЛА, ВСЁ ПОНЯТНО И НЕ ПОНЯТНО.. ЛЬЁТСЯ В СЕРДЦЕ ЛАСКАЮЩИЙ СВЕТ, ТОЛЬКО ВЕЧНЫЕ ЗВЁЗДЫ МЕРЦАЯ, ВСЁ МОЛЧАТ ДА МОЛЧАТ - ОТ ЛЮБВИ ЗАМИРАЯ, ЛЮБОВЬ СОЗЕРЦАЯ.--- УХОДЯ - НЕ УЙДИ, ОСТАВЬ НАЗЕМНОЕ ПРАВО ОГЛЯНУТЬСЯ ВО СЛЕД...
Написать комментарий Рейтинг3
17-09-2009 20:08 (cсылка)
МОРЕ, МОРЕ.Стояла сильная жара. Бабушки томились. Как бы дется в никуда. мозги расплавились ----- А пойдём ка мы на море. . Чайки, галька, шум прибоя. Полежим. Поглядим, себя покажем, с молодыми рядом ляжем ----- Вот бабуленьки разделись, развалились. От лучей намазались. шампу с водкой дёрнули,- зачавкали. умостились. уснули, зачмокали. ----- Спят часок, спят другой, вдруг проснулись. оглянулись. да задёргались. фотограф их снимал обнажёнными, вокруг все по пляжу бегали. ----- Море вдруг заволновалось, волна поднялась, дельфины испугались. Медуза свернулась. Спасатель в море прыгнул, шлюпка развернулась. ----- У всех глаза на пляже округлились, а как бабушки поднялись - удав, что с фотографом гулял,- удавился, обезьяны в сторону прыгнули, попугай закричал - удирай!. крокодил назад попятился,. собаки затявкали, коты замявкали , ----- От лучей у старушек кожа скрючилась, чайки закричали, рыбку испугали. ----- Тут «бабульки» отрезвели.. молодые годы пожалели, оделись и домой пошлёпали. Вот и ладушки!
Комментариев: 1 Написать комментарий Рейтинг0
17-09-2009 00:32 (cсылка)
НАТУРАЛЬНАЯ ЕДА И ПОЛЕЗНА И ВКУСНА....
Бабка Деду говорит. - присядем Дед. Чаёк заварим. По капле выпьем. Плясовую заведём. Отвечает Дед - надоело. Надоело, улыбаться. Глазами обнимать. Мне б за дело Бабка взяться. поплясать, да поиграть. , ---- Выпив Бабка раскраснелась. Заголилась и разделась. Ой Дед. Глаза закрой. Не смущай меня родной ----- Ты меня везде помой, будто дедо молодой. Дед . мой козявка. Что пыхтишь. Словно удавка. Мысли не туда направил. Поиграй . Поиграй. Вдруг поймаешь кайф ----- ладно Бабка иди мойся. Да не спеши. не бойся. Ну а я пока найду, где то завалялся мальчик мой С пит в углу. надо разбудить. поднять. Ну а потом бабка. По сусекам поскребу. Смотри бабка- налечу! ---- Помылась Бабка. Нарядилась - ну что Сокол мой готов?! Ой Бабка. Бок хватил, постой, запыхтел Дед. Засопел. Пока вскарабкался. День новый начался ----- Тут и Бабка разозлилась, одевайся Дед. Пойдём. Блинов напечём. сковородку будешь мазать, вспоминать. Как работать надо .. Да были лучше времена. Но не было смешнее... Пригорюнился Дедуля, буду я тебя роднуля глазами обнимать. Коль не могу пятой достать ----- Вот и сказочке коне, кто понял - Молодец! НАТУРАЛЬНАЯ ЕДА И ПОЛЕЗНА И ВКУСНА!
Написать комментарий Рейтинг0
16-09-2009 20:35 (cсылка)
НОЧЬ ЛЮБВИ - АЛЕКСАНДР ГАМИПРЕКРАСНАЯ ПЕСНЯ, ПРЕКРАСНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ! - БЛИЗОСТЬ СВЕТЛЫХ ДУШ, МГНОВЕННЫЕ ДВИЖЕНИЯ ДУШИ, ЗАРОЖДАЮТСЯ В ТИШИ, В НОЧИ, СЕРДЕЧНОСТЬ ОТКРОВЕННЫХ РАЗГОВОРОВ, ТАЕТ МУЗЫКОЙ В ДУШЕ ВЛЮБЛЁННЫХ -ЧЕРЕЗ ВАШИ ПЕСНИ, АЛЕКСАНДР, МЫ ВОЗВРАЩАЕМСЯ К ДОБРЫМ ДНЯМ СВОЕЙ ЧИСТОЙ ЛЮБВИ, ХОРОШЕЕ НАДО ДЕРЖАТЬ В СЕРДЦЕ ДОЛГО - ВЫ, АЛЕКСАНДР , НАС ОБАЯЛИ! -ТВОРЧЕСКИХ ВАМ УСПЕХОВ! УДАЧИ - НАДЕЖДА
Написать комментарий Рейтинг0
16-09-2009 20:27 (cсылка)
Ночь Влюблённых (автор и исполнитель Александр Гами)
Автор: nina welitschko, альбом: Александр Гами(Автор
Комментариев: 1 Написать комментарий Рейтинг0
14-09-2009 16:50 (cсылка)
.. У МЕНЯ В ЛАДОНЯХ СЧАСТЬЕ, ОНО МАЛЕНЬКОЕ, НО ОНО МОЁ! ОНО ЛУЧИСТОЕ И КРАСИВОЕ! ДАВАЙ ЛАДОШКУ, ПОДЕЛЮСЬ!
Ответить Рейтинг3
14-09-2009 13:35 (cсылка)
ДРУГ, ЭТО ТОТ, КТО РЯДОМ - ТЕБЯ ПОЙМЁТ, НЕ БУДЕТ ОБИЖАТЬ СЛОВОМ, ПРИНИМАЕТ ТЕБЯ ТАКИМ, КАКОВ ТЫ ЕСТЬ И СЛУШАЕТ И ЛЮБИТ ТВОЁ СЕРДЕЧКО
ответ на высказывание в блоге Сибиряк
Комментариев: 1 Ответить Рейтинг3
14-09-2009 00:44 (cсылка)
..... КТО или что???
.. ЭТО - КТО ИЛИ ЧТО?!....
Ответ -. ? .. - молодость - временное состояние -
Обветшалые бабы. - это кто или что?! Да просто матери, женщины уставшие. Жизнь прошагавшие. --- Колыбели качали. себя не жалели, ночами не спали. Детей поднимали. Мужьям угождали.--- Не все, не всегда получившие счастье -ЛЮБИТЬ. Любимыми быть. Не все мужья делили с ними ненастье. --- А жизнь быстро проходит. Каждый в возраст входит. Молодые годы уходят. в зеркало бабы уже на себя не смотрят, а их мужики молодых захотели. Хотят.- на жён своих не глядят. Носом воротят. как коняки со штопором бродят. ---. Ловят молодых. вылавливают. нанизывают. себя показывают - ух налечу. Затопчу. Всех хочу!. а хочушка уже устала. Работать перестала . А бабы. что обветшали. не долюбили. не дожили, детей. мужиков своих берегли. холили. А в ответ услышали ... Зачем жён своих так обижать. считаете, женщине можно сказать - каждому своё??? Это ведь и так понятно. Это Гитлеру было приятно. Однако слово доброе. Всегда желанно Берегите и цените жён своих и женщин!
Подписаться на:
Сообщения (Atom)